Вторник, 05 ноября 2019 17:56

Донские переправы. Станица Мелиховская.

Автор
Оцените материал
(1 Голосовать)

О ситуации на донских переправах в июле 1942 года есть упоминание и в романе А. В. Калинина «Товарищи»: «…У переправы собрались пушки артдивизиона, пастух-старик в смушковой шапке втиснул между ними стадо. Молодая женщина в зеленом платке наезжала на коменданта переправы ручной тачкой. На тачке жались к друг к другу два черноголовых мальчишки... Посреди моста застряла полуторка. Обозы и пешеходы сгрудились на мосту плотной массой, а сзади напирали новые, и дощатый настил трещал, понтоны осели... Вокруг был один беспорядок. Каждый хотел пройти на мост первым».

Представьте себе подобную ситуацию на переправе и прибавьте к этой толкотне внезапное появление немецких бомбардировщиков.

По рассказам старожилов ст. Мелиховской: «В июле 1942 года много наших воинских частей отступало к нашей станичной переправе. И беженцы шли, и скот гнали от немцев. Здесь, недалеко от переправы, у развилки двух дорог, был большой колодец – копань, и военные, да и беженцы, часто останавливались попить, набрать воды и умыться. В один из последних дней июля к копани подъехала грузовая машина. Из неё вышли несколько бойцов и стали набирать воду и умываться. Внезапно налетели 19 немецких бомбардировщиков и три истребителя, и давай бомбить и поливать всех свинцом. Тут такое творилось! А куда бежать солдатикам – кругом степь, сушь, трава вся высохла. Чуть дальше – дворы. Но немецкие самолеты вылетели из-за бугра и солдатики не успели спрятаться. Вот их, троих сразу, и сразило бомбой. А еще четверых ранило. Но наша бабушка, Забелина Анастасия Васильевна, со своими соседками, Бондаревой Марией Дмитриевной, Апрышкиной Марией Зиновьевной и её дочерью Апрышкиной Анной Ивановной похоронили первых убитых. А через день, другой и раненые умерли. Один все говорил моей маме, что вот выздоровеет и пойдёт дальше. А у самого кишки наружу вылезли. Мама кое-как вправила их, да замотала живот тряпками потуже. Вот уж он ругался, да громко. Видимо, ему очень больно было. У другого руку оторвало. Документы бабушка доставала, но куда всё делось, я и не помню. Мама отдавала документы военным при отступлении или после освобождения, а может, в сельсовет... Да и где эти могилы находятся, я тоже уже не помню. После первой бомбежки я с тетей Вассой Петренко и другими хуторянами уехала в балку, что находится выше хутора Исаевского. Там много наших пряталось от вражеской бомбежки». Из воспоминаний Быстреу (Забелиной) Марии Федоровны.

Место захоронения июля 1942 г. 

Из воспоминаний Драчёвой Александры Васильевны, жительницы ст. Мелиховской: «Мама (Апрышкина Анна Ивановна), мне рассказывала, что после бомбежки у колодца они нашли несколько убитых красноармейцев. Рядом стояла разбитая машина. Убитых она с бабушками похоронила в воронке у дороги. О второй могиле я не помню».

По воспоминаниям родственников Вещеваловой Надежды Прохоровны, она рассказывала, что когда в июле 1942 года она спускалась к колодцу за водой, то видела, как у колодца остановилась машина, из неё вышли красноармейцы и начали умываться и бриться. Внезапно налетел немец и стал бомбить.

После бомбежки женщины нашли несколько убитых воинов Красной Армии и похоронили их. Про захоронения почему-то забыли. И лишь когда у дороги поселилась семья Марии Борисовны Антоновой, и на своем участке они наткнулись на останки советских воинов, вот тогда работниками сельсовета и была установлена памятная стела и оградка вокруг неё. Умирали свидетели тех жестоких военных событий, подворье переходило по наследству от родственников к родственникам, и захоронение было заброшено. Сегодня мало кто помнит точное расположение могил. Кто-то утверждает, что было две братские могилы на расстоянии в несколько метров друг от друга. Другие говорят, что было два могильных холмика рядом и впоследствии их соединили в один, но останки никто не переносил. Так или иначе, но второе захоронение на сегодняшний день не найдено.

По воспоминаниям местных сторожилов, после боев по берегам Дона было много захоронений, и в послевоенные годы приезжали родственники погибших и забирали останки своих родных для перезахоронения на малой родине. А оставшиеся могилы со временем сравнялись с местным прибрежным ландшафтом. И сколько там было похоронено воинов Красной Армии и гражданских лиц, погибших в июле 1942 года, никто не знает.

Легенда первая.

По данным Анатолия Шатохина, которые ему удалось найти в архивах МВД Молдовы, здесь числятся убитыми и пропавшими без вести 20 июля 1942 года девять пограничников и милиционеров. Убиты во время налета вражеской авиации:

  1. Младший лейтенант милиции Большаков Дмитрий Иванович;
  2. Младший л-т милиции Дудник Федор Максимович;
  3. Мл. л-т милиции Лаврентьев Борис Григорьевич.

 

Пропали без вести:

  1. Сержант милиции Заливадный Андрей Митрофанович;
  2. Воентехник Кутепов Павел Илларионович;
  3. Шофер Кухарь Кирилл Кириллович;
  4. Курсант Кишинёвской школы РКМ Карпилин Иван Теофилович;
  5. Шофер Ложичевский Петр Дмитриевич;
  6. Милиционер Шокот Яков Мошьевич (Мойшевич).

 

Бывший курсант Карпилин Иван Феофилович (Теофилович) в июле 42-го остался жив, а погиб позднее, 13.01.1944 года, в Запорожской области, в звании старшего сержанта, командира отделения 230-й стрелковой Сталинской дивизии.

Шокот Яков Матвеевич (Мойшевич) награжден от 06.04.1985 года орденом Отечественной войны 1 ст.

 Кутепов числится в списке пропавших еще с 1941 года. Возможно, что в документах ошибочно, со слов однополчан, написали неточные данные, или после захоронения запись делали со слов очевидцев, из воспоминаний хоронивших.

Следовательно, рассказ старожилов правдив и подтверждает, что реально было захоронено семь человек. И захоронены они перед приходом немцев, то есть 20-22 июля. Таким образом, примерная дата гибели нами установлена. Но кто эти погибшие? Если известно по архивам МВД, что убитых было 3 человека, а пропавших – 6?

В результате поиска, из архивных документов ЦАМО известно, что из них двое: Шокот остался жив, а Карпилин погиб позднее. Значит, в безымянной могиле лежат останки сержанта Заливадного, воентехника Кутепова и вольнонаемных шоферов Кухаря и Ложичевского. Тем более, что с останками найдена эмблема техника. Кобуры, очевидно, принадлежали сержанту и воентехнику, а у вольнонаемных водителей могли быть только карабины или винтовки. Но, к сожалению, оружия, по номерам которого можно было бы провести поиск их владельцев, в захоронении не обнаружено.

Ни одного патрона, ни одной гильзы, один разбитый медальон и никаких других именных вещей воинов в захоронении обнаружено не было, за исключением знака ГТО 1930-х годов. Найденный знак был в таком состоянии, что его номер не просматривался. Доказательством, что именно в этой могиле находились останки воентехника Кутепова, это найденные эмблемы воентехника и кобура.  (Позднее, при перезахоронении останков, выяснелось, что местный житель находил у могилы и пистолет, который у него забрали взрослые и выбросили от греха по дальше).

Очевидно, что документы и бытовые вещи, а также остальное оружие у бойцов забрали перед захоронением, а все что осталось в захоронении, годами разлагалось в пойменном месте, доходя до состояния тлена, пока хозяйка вновь приобретенного подворья М. Б. Антонова, проводя посадку фруктовых деревьев, не наткнулась на останки человеческого тела (кисть руки скелета).

 «Когда первый раз немец пробомбил станицу, мы ушли в Шкодину балку. Пришли домой, а старший брат собрался гнать трактор в эвакуацию на левый берег Дона. Я взял еду и отправился вслед за ним. Станичная переправа была из двух больших спаренных лодок. Подходя к переправе, я увидел, как на той стороне Дона летает вражеский истребитель и поливает всех свинцом. А народу там, в займище, было битком, все заросли камыша вытоптали и перемололи отступающей техникой и подводами. Народ бегает, а где спрятаться в степи? Сколько их там полегло?

Тут слышу гул самолетов, а рядом стоящий молодой лейтенантик считает: «Один, два, десять... двадцать один». И кричит: «Ложись!». Я упал, прикрылся корзинкой и смотрю, как переворачиваются телеги, бегают люди… Страшно!» Болдырев Андрей Трофимович, ст. Мелиховская.

По данным можно сделать выводы, что эти воины, отступавшие на Мелиховскую переправу, в июле 42-го попали под вражескую бомбежку. Но останки еще трех погибших пока не найдены.

В 2015 году поисковики отправили родственникам воентехника Кутепова П.И. пинал с медальоном, пуговицей и эмблемой техника.

В этом же году, останки погибших были захоронены сельской администрацией на станичном кладбище в спешном порядке, без привлечения жителей станицы, без воинских почестей и христианских традиций, как неизвестных.

На просьбы поисковиков и решение Ростовского областного военного комиссариата об увековечивании имён павших, Мелиховская администрация не спешила увековечить имена погибших. 

В октябре 2019 года, жители станицы заказали памятную плиту павшим героям, которую планируют установить на месте их гибели.

17.11.2019 год. ст.Мелиховская. Место гибели воинов НКВД 20-21 июля 1942 года.

 

 

Прочитано 672 раз Последнее изменение Понедельник, 18 ноября 2019 08:43
Другие материалы в этой категории: « Капитан Яшкин Дневник пленного. Фролов П.Ф. »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены